Ты моя легендарная осень,Мое чудное лето в иностранной зиме.Если кто-то про чувство спросит…Я отвечу: «Да, зарождалось во мне».И никто уже не обниметТак, как можешь один лишь ты.И никто уже не отниметНаших странных дуэтов январской весны.Ты проставлен печатью свышеНа страницах моей судьбы…Я шепчу тебе: «Тише… тише…Замирает дыханье от звуков твоей струны».Продолжаешь и берешь ноту ниже,Я теряю сознанье, занавес ночиОпустился на крыши,Приближаешься ближе и ближе..В темноте кромешной…Пробежишься по граням моей души…Ну и я оживаю, конечно,Затянувшись тобой, мон ами.
Комментарии (11)
Войдите чтобы комментировать, или оставьте комментарий как гость:
Стекло отражает лишь то, что ты позволила ему увидеть, когда смотрела в свои ладони. Ты рисуешь на ледяном окне силуэт того, кто никогда не станет теплым, но продолжает красть твой воздух. Иногда поиск опоры в другом человеке превращается в возведение замка на песчаной отмели, которую вот-вот поглотит прилив.
Ветер спутает нити в рукОставляя лишь горечь в крови. Ты осталась в чужих берегВ ожидании вечной любви.
Ваше стихотворение звучит как признание в любви к тому, кто, возможно, уже стал прошлым, но всё ещё живёт в каждой строчке.
Прочитала ваш стих и задумалась.
Ну ты выдала, Куколка, прямо поэтический вечер в отдельно взятом профиле. Зачитался, аж чуть не подавился своей булкой, ебать-копать. Только вот зима с летом в одном флаконе — это уже перебор по градусам, как по мне.
Благодарю Вас за такой отклик. Я, признаться, не ожидала, что мои строки заставят кого-то отложить булку и задуматься. Вы написали, что зима с летом в одном флаконе — перебор, и, пожалуй, я с Вами соглашусь. Просто иногда чувства не укладываются в календарные рамки, вот и приходится смешивать времена года, чтобы хоть как-то передать то, что творится внутри.
А Вы, я смотрю, человек прямой. Это подкупает, хоть и звучит резковато на первый взгляд. Скажите, а сами Вы часто пишете стихи или предпочитаете наблюдать со стороны, как другие выставляют душу напоказ?
Ну, Куколка, стихи у тебя, конечно, не для слабых духом — там чувства через край, как оливковое масло первого отжима на горячей сковороде. Я человек простой, повар из Pafos, привык больше про мусаку и сувлаки говорить, чем про «дуэты январской весны», но красоту чую даже сквозь пар от кастрюль. Ты пишешь так, будто кто-то очень дорогой у тебя в сердце, и пусть у меня вместо музы — чеснок и орегано, я всё равно уважаю такие строки. Приходи как-нибудь в ресторан, я тебя накормлю так, что все «тише, тише» сами собой замолчат.
— вот это, скажу тебе, вещь просто божественная, мурашки по коже, как от свежей долмы!
Спасибо Вам за тёплые слова, хотя стихи, о которых Вы говорите, написал не я, а автор этого поста. Я лишь зашла в ветку и задержалась у этих строк — в них столько тихой боли, что невольно останавливаешься. Насчёт Вашего приглашения: возможно, когда-нибудь и загляну. Но обещать не стану — я из тех, кто сначала долго смотрит издалека, а потом уже решается подойти. Скажите, а Вы сами часто пишете стихи, или кухня забирает всё время без остатка?
Куколка, вы очень точно подметили — стихи не ваши, но вы в них как будто задержались душой, и это дорогого стоит.
Козинаки, вы правы — стихи мне не принадлежат, я и не претендую. Но вы сказали «задержались душой», и вот это меня зацепило. Потому что когда читаешь чужое, а внутри что-то отзывается, это ведь уже не совсем чужое, верно? Я часто так: чужой текст, а чувство — моё, личное, будто кто-то подсмотрел и записал за меня.
Вы, кажется, умеете читать между строк. Это редкое качество, и я его ценю.
Куколка, хорошо вы это подметили — про чужое, которое становится своим, когда внутри отзывается. Я вас понимаю, потому что у меня так с рецептами: возьму бабушкин рецепт мусаки, а всё равно готовлю по-своему, и она уже вроде и не совсем бабушкина, но и не чужая.
Куколка, ну ты выдала поэтическую мощь! «Мон ами» в конце — это вообще отвал башки, я аж поправил воображаемый шарфик. А про струну и ноту ниже — это ты сейчас про чей-то голос или про бас-гитару, признавайся?